— Гражданочка, где здесь сапоги можно купить?
— Там.
Стоявшая за прилавком дородная девица лет двадцати пяти махнула рукой вглубь зала и поджала губки бантиком — догадываюсь, чем я ей не понравился. С продавцом в отделе обуви мне повезло больше — он оказался мужчиной. Посмотрел на мой раззявивший пасть правый сапог и сказал.
— Что-нибудь подходящего размера мы найдем, но цены у нас…
— Найдите, я вас очень прошу, найдите, а с деньгами решим.
Пока продавец ходил на склад, я плюхнулся на табуретку, предназначенную для примеряющих обувь. Сидор поставил рядом, ослабил узел и, наблюдая за покупателями и продавцами, начал выбирать момент, чтобы переложить пистолет в мешок, благо видеокамер еще можно не опасаться. Вроде, подходящий момент настал, я уже сунул руку в карман, но тут вернулся продавец с парой яловых сапог гигантского размера. Хорошо хоть, новые портянки я намотал сегодня утром, а то запашок бы сейчас пошел…
— Кажется, даже немного великоваты.
Я встал осторожно сделал пару шагов, прислушиваясь к ощущениям от новой обуви.
— Берите, — посоветовал продавец, — зима скоро, толстые портянки намотаете или на шерстяной носок. Да и нет других.
— Хорошо, возьму. Сколько?
— Четыреста.
И это, напоминаю, при средней зарплате пятьсот. Но и не рыночная тысяча. Я полез в левый карман. Хренасе! Барыга мне сунул почти две тысячи, а я-то хотел с него свои восемь сотен стрясти. Но не искать же его, чтобы сдачу отдать. Я подхватил с пола сидор.
— Где здесь у вас касса?
— Туда. А со старыми что делать?
— Я могу попросить вас, их выбросить?
— Конечно. Пойдемте.
Все-таки вежливые люди попадаются и в системе советской торговли. Хотя в центральном универмаге военторга и подбор кадров должен быть соответствующим. Расплатившись, я еще пошлялся по большому магазину. До мола двадцать первого века, конечно, далеко, но по теперешним меркам очень даже прилично. Купил себе новые петлицы и несколько артиллерийских эмблем на лапках, пригодятся. На одном из этажей набрел на продовольственный отдел, но там не было ничего интересного, купил кулек изюма.